Фэндом


Смеющийся Джек (англ.Laughing Jack) - монстр-призрак из крипипасты "Laughing Jack: The Beginning"(рус. Смеющийся Джек: Начало)

Оригинальная история

(ВНИМАНИЕ: жестокое гуро и нецензурная лексика!)

 Рож­дес­твенский со­чель­ник в снеж­ном Лон­до­не ты­сяча вось­ми­сото­го го­да. В ма­лень­ком до­мике на краю го­рода жил оди­нокий се­милет­ний маль­чик по име­ни Иса­ак. Он был грус­тным ре­бён­ком, ко­торый тер­петь не мог своё имя. В то вре­мя как боль­шинс­тво де­тей про­води­ли вре­мя с семь­ями и с не­тер­пе­ни­ем жда­ли то­го, что­бы от­крыть по­дар­ки, уло­жен­ные с за­ботой ря­дом с ук­ра­шен­ной рож­дес­твенской ёл­кой, ма­лень­кий Иса­ак про­водил эту свя­тей­шую из всех но­чей в оди­ночес­тве, в сво­ей хо­лод­ной и пыль­ной ком­на­те на чер­да­ке. Ро­дите­ли маль­чи­ка бы­ли очень бед­ны­ми, и мать учи­ла Иса­ака до­ма. Отец ра­ботал день и ночь в га­вани Лон­до­на, что­бы хоть как-то про­кор­мить свою семью, хо­тя боль­шая часть его за­работ­ка всег­да ухо­дила на вы­пив­ку в кон­це ра­бочей сме­ны. Иног­да он при­ходил до­мой, на­пив­ший­ся до не­уз­на­ва­емос­ти и вы­кину­тый из пос­ледне­го ба­ра Лон­до­на, пос­ле че­го кри­чал на свою лю­бимую же­ну, мать Иса­ака.       Вре­мя от вре­мени кри­ки пе­рерас­та­ли в на­силие, и отец жес­то­ко из­би­вал ее, пос­ле че­го в пь­яном бре­ду на­сило­вал. И в эту ночь всё вновь пов­то­рилось. Иса­ак мол­чал, дро­жа под гряз­ны­ми прос­ты­нями, по­ка кри­ки и гром­кие уда­ры не прек­ра­тились. Ког­да бед­ный и на­пуган­ный Иса­ак в кон­це-кон­цов смог ус­нуть, он ви­дел сон о том, ка­ково это иметь дру­га, с ко­торым мож­но по­иг­рать, ведь тог­да он мог бы сме­ять­ся и быть та­ким же счас­тли­вым, как дру­гие де­ти Лон­до­на... И, к счастью, для ма­лень­ко­го Иса­ака, этот Рож­дес­твенский Со­чель­ник был осо­бен­ный, ибо его ужас­ное оди­ночес­тво бы­ло за­мече­но ан­ге­лом-хра­ните­лем, ко­торый сот­во­рил очень не­обыч­ный по­дарок для грус­тно­го ма­лень­ко­го маль­чи­ка из Лон­до­на...        Как толь­ко сол­нце под­ня­лось в это Рож­дес­твенское ут­ро, Иса­ак от­крыл гла­за и за­метил стран­ную де­ревян­ную ко­роб­ку, ле­жащую в но­гах его кро­вати. Гла­зами, пол­ны­ми стра­ха, он смот­рел на цвет­ную ко­робоч­ку, за­бес­по­ко­ив­шись, кто мог ос­та­вить её здесь и как. Он не при­вык по­лучать по­дар­ки, осо­бен­но иг­рушки. Все иг­рушки маль­чи­ка бы­ли най­де­ны ли­бо бро­шен­ны­ми на ули­це, ли­бо в во­дос­то­ке. Иса­ак сос­ко­чил к под­но­жию кро­вати и под­нял ко­роб­ку дву­мя ру­ками. По­дарок был ра­зук­ра­шен раз­ноцвет­ны­ми крас­ка­ми, с ли­цами кло­унов на стен­ках, вы­резан­ны­ми по де­реву. На од­ной из сте­нок бы­ла за­пис­ка, на ко­торой лег­ко мож­но бы­ло про­читать "Для Иса­ака". На крыш­ке ко­роб­ки был выг­ра­виро­ван текст.       Иса­ак при­щурил­ся, ког­да про­из­нес сло­ва: — С... Смею-щий-ся Дж-Джек из к-ко­роб­ки... — он сде­лал па­узу, — Сме­ющий­ся-Джек-из-ко­роб­ки?       Маль­чик слы­шал о Дже­ке в ко­роб­ке, но ни­ког­да о Сме­ющем­ся-Дже­ке-из-ко­роб­ки. Пе­репол­ненный лю­бопытс­твом, он схва­тил ме­тал­ли­чес­кую руч­ку на бо­ку ко­робоч­ки и нес­коль­ко раз по­вер­нул ее. И с каж­дым но­вым обо­ротом он от­четли­во слы­шал нот­ки пес­ни "Pop Goes The Weasel". Но как толь­ко пес­ня по­дош­ла к сво­ей куль­ми­нации, Иса­ак про­пел пос­ледний куп­лет и пес­ня за­кон­чи­лась. Ни­чего не про­изош­ло. Маль­чик огор­ченно вздох­нул: — Она сло­малась... — по­ложив ко­роб­ку об­ратно к краю кро­вати, он поп­лелся че­рез свою ма­лень­кую и пыль­ную ком­на­ту к шка­фу, где смог пе­ре­одеть­ся из гряз­ной пи­жамы в свою пов­седнев­ную рва­ную одеж­ку.        Вдруг Иса­ак ус­лы­шал ог­лу­шитель­ный гро­хот по­зади се­бя. Он быс­тро раз­вернул­ся, что­бы стать сви­дете­лем то­го, что де­ревян­ная ко­роб­ка силь­но тряс­лась, дер­га­ясь ту­да-сю­да. Тут крыш­ка ко­роб­ки не­ожи­дан­но сле­тела, и из­нутри по­дар­ка выр­ва­лись клу­бы раз­ноцвет­но­го ды­ма и кон­фетти. Иса­ак ши­роко рас­пахнул гла­за, не ве­ря в то, что сей­час ви­дит. И как толь­ко дым рас­се­ял­ся, по­сере­дине ком­на­ты сто­ял вы­сокий и ху­доща­вый кло­ун с яр­ки­ми ры­жими во­лоса­ми, ко­нусом в раз­ноцвет­ную по­лосоч­ку вмес­то но­са и ра­дуж­ным перь­евым во­рот­ни­ком на пле­чах, ук­ра­шав­шим цвет­ной кло­ун­ский кос­тюм.       Раз­ноцвет­ный па­рень рас­ки­нул ру­ки и тор­жес­твен­но объ­явил: "Все, все, все! От ма­ла до ве­лика! При­ходи­те пос­мотреть на са­мого луч­ше­го кло­уна из ны­не су­щес­тву­ющих! Единс­твен­ный и не­пов­то­римый, СМЕ­ЮЩИЙ­СЯ-ДЖЕК-ИЗ-КО­РОБ­КИ!"       В гла­зах маль­чи­ка мель­кнул ого­нёк вос­торга... — К-Кто ты?        Цвет­ной юно­ша ото­шел от кро­вати и, ус­мехнув­шись, про­из­нес: — Рад, что ты спро­сил! Я — Сме­ющий­ся Джек, твой но­вый друг НА ВСЮ ЖИЗНЬ! Я вол­шебный, ни­ког­да не ус­таю от игр, я про­фес­си­онал в иг­ре на ак­корде­оне, а ещё я адап­ти­ру­юсь и раз­ви­ва­юсь точ­но так же, как и ты... Дру­гими сло­вами, всё, что лю­бишь ты, люб­лю и я!  — М-мы... Друзья? — за­ика­ясь, про­из­нес ма­лыш, про­дол­жая смот­реть на та­инс­твен­но­го кло­уна. Джек гля­нул на маль­чи­ка, слег­ка при­под­ни­мая бровь. — Друзья? Мы ЛУЧ­ШИЕ друзья! Я был соз­дан спе­ци­аль­но для то­го, что­бы быть ТВО­ИМ не-сов­сем-во­об­ра­жа­емым-дру­гом, Иса­ак. По­нима­ешь? — че­люсть ма­лыша мед­ленно опус­ти­лась. — Ты зна­ешь мое имя?! — Джек при­чуд­ли­во рас­сме­ял­ся. — Ко­неч­но, я знаю твое имя... Я знаю все о те­бе! Итак, те­перь, ког­да с пред­став­ле­ни­ями по­кон­че­но... Как нас­чет то­го, что­бы по­иг­рать в иг­ру про шпи­онов? — Иса­ак рас­плыл­ся в счас­тли­вой улыб­ке от уха до уха.  — Ты... Серь­ез­но? Мы мо­жем иг­рать в иг­ры?! Да я с удо­воль­стви­ем! Я... Ой... Я, — он сде­лал па­узу, — я не мо­гу... Мне нуж­но пой­ти вниз к ма­ме, что­бы сде­лать уро­ки... — улыб­ка ис­чезла, воз­вра­щая на ли­чико Иса­ака грусть и ра­зоча­рова­ние. Джек по­ложил ру­ку на пле­чо маль­чи­ка и, ода­рив его теп­лой улыб­кой, про­из­нес: — Все в по­ряд­ке! Я бу­ду ждать те­бя пря­мо здесь до тво­его при­хода... — улыб­ка ма­лыша вновь за­си­яла, ког­да он под­нял взгляд на сво­его но­вого дру­га. Тут он ус­лы­шал прон­зи­тель­ный го­лос ма­тери, зо­вущий его вниз. — Все, я дол­жен ид­ти... Уви­дим­ся, ког­да я за­кон­чу, хо­рошо, Джек? — кло­ун ус­мехнул­ся. — Бе­зус­ловно, ма­лыш! — Иса­ак по­шел к две­рям. Джек под­мигнул ему, ког­да тот обер­нулся. — Ты дол­жен ча­ще улы­бать­ся. Те­бе идет, — маль­чик счас­тли­во улыб­нулся и вы­шел за дверь.

***


      Весь день Иса­ак рас­ска­зывал сво­ей ма­ме о пот­ря­са­ющем цвет­ном кло­уне, ко­торый по­явил­ся из цвет­ной ко­робоч­ки, что по­яви­лась у под­но­жия его кро­вати. Его мать, нес­мотря на все ста­рания маль­чи­ка убе­дить ее, не по­вери­ла ни еди­ному сло­ву. В кон­це-кон­цов, он убе­дил ее схо­дить с ним в его ком­на­ту, что­бы она мог­ла со­зер­цать Сме­юще­гося Дже­ка сво­ими гла­зами. Они прош­ли вверх по сту­пеням, и Иса­ак рас­пахнул дверь. — Ви­дишь, мам! Он пря­мо зде... — Иса­ак осек­ся, как толь­ко уви­дел пус­тую ком­на­ту, в ко­торой не бы­ло ни тан­цу­юще­го кло­уна, ни та­инс­твен­ной де­ревян­ной ко­роб­ки. Его мать бы­ла очень не­доволь­на. Ода­рив сы­на та­ким взгля­дом, от ко­торо­го у не­го за­болел жи­вот и зад­ро­жали ко­лен­ки, она вздер­ну­ла го­лову. — Но... Но ма­моч­ка... Он был... - ШЛЕП! Мать Иса­ака от­ве­сила сы­ну стре­митель­ную жес­ткую по­щечи­ну. Его гла­за быс­тро на­пол­ни­лись сле­зами, а гу­бы ис­кри­вились, как толь­ко он по­чувс­тво­вал, что сей­час сло­ма­ет­ся. — ТЫ ТУ­ПОЙ? ИЗО­ЛИРО­ВАН­НЫЙ ОТ ОБ­ЩЕС­ТВА ОТ­ПРЫСК! Да как ты толь­ко пос­мел лгать мне о ка­ких-то дет­ских глу­пос­тях?! Кто за­хочет быть дру­гом та­кому бес­по­лез­но­му чер­вя­ку, как ты?! Ты бу­дешь за­перт в сво­ей ком­на­те до ве­чера, а так­же не по­лучишь обе­да... Ну что? Что те­перь ты ска­жешь мне, неб­ла­годар­ный ще­нок? — Иса­ак еле-еле прог­ло­тил ко­мок в глот­ке, что­бы про­бор­мо­тать в от­вет лишь "Спа­сибо, ма­моч­ка..." Ма­ма бро­сила на не­го ис­пе­пеля­ющий взгляд пе­ред тем, как вый­ти из от­врат­ной ком­на­ты.        Иса­ак опус­тился на край сво­ей кро­вати, чувс­твуя, как ли­цо слов­но на­чина­ет го­реть. Струй­ки слез по­бежа­ли вниз по его ху­доща­вым ще­кам, как толь­ко он дал им во­лю. Маль­чик зап­ла­кал. — Хэй, что слу­чилось, друг? — поз­вал го­лос со сто­роны. Иса­ак по­вер­нул го­лову ту­да, где не­ожи­дан­но по­явил­ся Сме­ющий­ся Джек. Па­рень сел ря­дом с ма­лышом. — Г-где ты был? — про­шеп­тал Иса­ак. Джек пот­ре­пал маль­чи­ка по во­лосам и мяг­ко про­из­нес: — Я пря­тал­ся. Я не мо­гу поз­во­лить тво­им ро­дите­лям уви­деть ме­ня... ина­че они не поз­во­лят нам с то­бой иг­рать во­об­ще... — Иса­ак утер ли­цо от слез. Джек улыб­нулся. — Пос­лу­шай, ма­лыш... Я со­жалею о том, что пря­тал­ся, но я де­лал это ра­ди те­бя! Ибо се­год­ня мы мо­жем с то­бой иг­рать и ве­селить­ся!        Иса­ак пос­мотрел на сво­его яр­ко­го при­яте­ля и мол­ча кив­нул, улы­ба­ясь угол­ка­ми рта. Этой ночью Сме­ющий­ся Джек и Иса­ак иг­ра­ли в ог­ромное ко­личес­тво ве­селых игр. По ма­нове­нию ру­ки Дже­ка все сол­да­тики Иса­ака ожи­вали и мар­ши­рова­ли по ком­на­те. Маль­чик был пот­ря­сен, как толь­ко уви­дел, что его иг­рушки дви­га­ют­ся по по­лу са­ми по се­бе. И как тут не уди­вить­ся... По­том друзья рас­ска­зыва­ли друг дру­гу страш­ные ис­то­рии. Иса­ак спра­шивал, не хо­тел ли Джек быть при­виде­ни­ем, но тот лишь от­ве­чал, что хо­тел бы боль­ше быть ка­ким-ни­будь кос­ми­чес­ким объ­ек­том. В кон­це но­чи Джек за­лез в свой кар­ман и вы­нул от­ту­да боль­шую горсть кон­фет. Маль­чик был в вос­торге, ког­да по­ложил цвет­ную сла­дость се­бе в рот, ведь это бы­ла его пер­вая кон­фетка. Та­кая слад­кая... Иса­ак ве­селил­ся от ду­ши и сме­ял­ся так, что всё ка­залось ему по пле­чу. До то­го мо­мен­та, по­ка не про­изош­ло неч­то ужас­ное че­рез три ме­сяца... 

***


      Это был теп­лый сол­нечный де­нек, что бы­ло боль­шой ред­костью в Лон­до­не. С по­мощью сво­его не-сов­сем-во­об­ра­жа­емо­го-дру­га Иса­ак смог за­кон­чить свое за­дание по­рань­ше и был от­пу­щен на ули­цу, что­бы нем­но­го по­иг­рать. Ве­щи ста­нови­лись про­ще, па­роч­ка ве­сели­лась в са­ду за до­мом, иг­рая в пи­ратов. Вдруг Иса­ак за­метил со­сед­скую кош­ку, ко­торая прок­ра­лась на их тер­ри­торию.  — О да! У НАС ШПИ­ОН НА ПРА­ВОМ БОР­ТУ! — вос­клик­нул Иса­ак, ув­ле­ка­емый фан­та­зи­ей и во­об­ра­жени­ем. — Йо-хо-хо! Я пой­маю его, Ка­питан Иса­ак! — про­тянул пер­вый по­мощ­ник Джек сво­им пот­ря­са­ющим пи­рат­ским го­вором. Ру­ка кло­уна вы­тяну­лась че­рез весь сад и схва­тила ни­чего не по­доз­ре­ва­ющее жи­вот­ное, ко­торое тут же на­чало ос­терве­нело вы­рывать­ся. — НЕ УПУС­ТИ ЕГО, ДЖЕ­КИ, ИНА­ЧЕ ПРО­ГУЛЯ­ЕШЬ­СЯ ПО ДОС­КЕ! — с азар­том про­вере­щал маль­чик.       Хват­ка Дже­ка про­дол­жа­ла уси­ливать­ся, его ру­ки вы­рос­ли и ста­ли по­хожи на ог­ромных тол­стых змей, ко­торые об­ви­вались вок­руг из­ви­ва­юще­гося ко­та, ко­торый так цеп­лялся за жизнь. Он сжи­мал жи­вот­ное, вы­дав­ли­вая воз­дух из лег­ких. И в ка­кой-то мо­мент гла­за до­маш­не­го пи­том­ца прос­то на­чали вы­вали­вать­ся из ор­бит, пос­ле че­го был слы­шен гром­кий хло­пок... Джек мгно­вен­но ос­во­бодил су­щес­тво из мер­твой хват­ки, и без­жизнен­ное пу­шис­тое тель­це глу­хо уда­рилось о зем­лю. Сто­яла неп­ро­ница­емая ти­шина, ког­да эти двое рас­смат­ри­вали ис­ка­жен­ный и скру­чен­ный труп кош­ки. И ти­шину на­рушил вы­зыва­юще гром­кий смех... Смех Иса­ака. — АХА-ХА-ХА, вау! Я до­гады­вал­ся, что у ко­шек НЕТ де­вяти жиз­ней! Аха-ха! — маль­чик утер сле­зы с глаз, прос­ту­пив­шие от сме­ха. Джек то­же ти­хо хи­хикал. — Хах, да... Точ­но. Но не бу­дут ли у те­бя проб­ле­мы, ес­ли твоя ма­ма об­на­ружит мер­твую со­сед­скую кош­ку в сво­ем са­ду, м-м-м? — Иса­ак рез­ко пе­рес­тал сме­ять­ся. — О нет... Ты прав. Эм... Я толь­ко... Мо­жет, я прос­то бро­шу ее об­ратно на со­сед­ский учас­ток?! — Иса­ак в па­нике схва­тил ло­пату, что ле­жала ря­дом и при­под­нял ею изу­родо­ван­ный труп жи­вот­но­го, пе­реки­дывая его че­рез за­бор со­сед­ско­го са­да. Пос­ле че­го па­роч­ка быс­тро вер­ну­лась до­мой, на чер­дак, в ком­на­ту маль­чи­ка.        Прош­ло око­ло ча­са, преж­де чем это слу­чилось. Вопль ма­тери с пер­во­го эта­жа чуть не пор­вал Иса­аку ба­рабан­ные пе­репон­ки в ушах. Ни Джек, ни маль­чик и сло­ва ска­зать не ус­пе­ли. Иса­ак быс­тро прок­рался вниз, что­бы встре­тить­ся с ужас­ной во­лей судь­бы ли­цом к ли­цу... Джек слы­шал очень мно­го кри­ков сни­зу, но не мог по­нять, о чем идет речь. И че­рез трид­цать ми­нут Иса­ак вер­нулся в ком­на­ту, весь в сле­зах. — Ну как? — встре­вожен­но про­тянул Джек. Иса­ак лишь ус­та­вил­ся в пол, пос­ле че­го про­из­нес: — Я... Я пы­тал­ся ска­зать ей, что это ты убил кош­ку. Но она не по­вери­ла мне. Ска­зала, что ты не нас­то­ящий... — кло­ун нах­му­рил­ся, по­нимая, что это бы­ла пол­ностью его ошиб­ка. Иса­ак утер ру­кавом сле­зы. — Ме­ня по­сыла­ют в шко­лу-ин­тернат. Я у­ез­жаю ве­чером... и ты не мо­жешь по­ехать со мной... — ли­цо Сме­юще­гося Дже­ка ис­ка­зил шок и страх. — Что?! Я... Я не мо­гу по­ехать? Ку­да же я пой­ду? — Иса­ак ни­чего не ска­зал. Лишь ука­зал на кра­сивую цвет­ную ко­роб­ку, от­ку­да ког­да-то по­явил­ся его друг. — Вер­нуть­ся ту­да? Но я не смо­гу вый­ти, по­ка... — Джек осек­ся. Иса­ак пос­мотрел на сво­его единс­твен­но­го дру­га гла­зами, пол­ны­ми слез. — Джек... Я обе­щаю, что вер­нусь за то­бой, как толь­ко смо­гу! Я обе­щаю... — Джек пос­мотрел сна­чала на ко­роб­ку, а за­тем вновь на маль­чи­ка.  — А я бу­ду ждать те­бя здесь, ма­лыш... — кло­ун улыб­нулся. Тут по его ще­ке по­кати­лась од­на-единс­твен­ная сле­за. Он по­дошел к сво­ей ко­роб­ке и ис­чез внут­ри неё с вне­зап­но по­явив­шимся ды­мом, те­перь не в сос­то­янии по­явить­ся вновь, по­ка ее опять не от­кро­ют... 

***


      Этим же ве­чером Иса­ак был от­прав­лен в шко­лу-ин­тернат. Пер­вое вре­мя Сме­ющий­ся Джек чувс­тво­вал се­бя очень оди­ноко. Да­же бу­дучи за­пер­тым в сво­ей ко­роб­ке, Джек мог ви­деть, что про­ис­хо­дит вок­руг, и с каж­дым днем ожи­дания сво­его дру­га, ком­на­та ста­нови­лась все бо­лее ста­рой и пыль­ной. Единс­твен­ной целью Сме­юще­гося Дже­ка бы­ло быть луч­шим дру­гом Иса­ака на всю жизнь, и те­перь он ждет, день за днем, ме­сяц за ме­сяцем, что­бы вос­со­еди­нить­ся со сво­им осо­бен­ным дру­гом. Ро­дите­ли Иса­ака всё так же жи­ли в этом до­ме, но ни­ког­да не при­ходи­ли в ком­на­ту на чер­да­ке. Единс­твен­ное, чем они од­нажды на­пом­ни­ли о сво­ем при­сутс­твии, бы­ла гром­кая дра­ка. И все так же жизнь Дже­ка бы­ла сплош­ным оди­ночес­твом, у­еди­нени­ем и ра­зоча­рова­ни­ем. Го­ды шли, и од­нажды цве­та на одеж­де Дже­ка на­чали блек­нуть, ста­новить­ся чер­но-бе­лыми. Чер­ной и бе­лой пус­то­той... За­пер­тый в ло­вуш­ке... Дол­го и без­на­деж­но.        Прош­ло три­над­цать лет. В од­ну из но­чей отец Иса­ака вер­нулся до­мой под­вы­пив­ший и вновь на­чал ссо­рить­ся со сво­ей же­ной, впро­чем, как обыч­но. Все вновь при­вело к фи­зичес­ко­му на­силию, од­на­ко в этот раз жен­щи­на не вы­дер­жа­ла. Отец се­мей­ства из­би­вал свою же­ну до сос­то­яния кро­ваво­го ме­сива, и на сле­ду­ющий день был при­гово­рен к смер­ти че­рез по­веше­ние. Те­перь со смертью обо­их ро­дите­лей двад­ца­тилет­ний Иса­ак унас­ле­довал пыль­ный ста­рый дом, в ко­тором он про­вел боль­шую часть сво­его детс­тва. Сме­ющий­ся Джек был очень об­ра­дован, ког­да на­конец ус­лы­шал ша­ги сво­его ста­рого дру­га, под­ни­ма­юще­гося вверх по сту­пеням, на чер­дак. Впер­вые за пос­ледние три­над­цать лет. Но это бы­ла не та­кая встре­ча, ко­торую Джек ожи­дал...        Иса­ак выг­ля­дел... Ина­че. Он не толь­ко стал стар­ше. Но те­перь по­яви­лось стран­ное и мрач­ное вы­раже­ние ли­ца. Боль­ше не бы­ло то­го лю­бопыт­но­го и по­давав­ше­го на­деж­ды маль­чи­ка, ко­торо­го Джек встре­тил мно­го лет на­зад. Джек не­тер­пе­ливо ждал, по­ка Иса­ак вы­пус­тит его из этой клет­ки, ибо прош­ло очень мно­го лет. Но ко­роб­ка ос­та­валась нет­ро­нутой и не­заме­чен­ной на пол­ке в уг­лу ком­на­ты ря­дом с дру­гими не­нуж­ны­ми поб­ря­куш­ка­ми. Иса­ак пол­ностью за­был о сво­ем ста­ром дру­ге, ре­шив, что это бы­ло лишь пло­дом дет­ско­го во­об­ра­жения. Уди­витель­но, но это не про­буди­ло в Дже­ке ров­ным сче­том ни­чего. Он ни­чего не чувс­тво­вал. Он был пуст. Три­над­цать лет ожи­дания и ра­зоча­рова­ния ос­та­вили мо­нох­ромно­го кло­уна, как и пус­то­та и жа­лость к са­мому се­бе. Джек ос­та­вал­ся в сво­ей ко­роб­ке, бес­цвет­ный и без эмо­ций.       На сле­ду­ющий день Иса­ак ушел на ра­боту. Он стал обой­щи­ком, ре­мон­ти­ру­ющим ме­бель для бо­гатых лю­дей Лон­до­на. Джек ждал в пле­ну. Нес­коль­ки­ми ча­сами поз­же под­вы­пив­ший муж­чи­на вер­нулся до­мой и поп­лелся по сту­пеням на­верх, в свою ком­на­ту. Но в этот раз с ним был друг. А точ­нее, под­ру­га. Де­вуш­ка, с ко­торой Иса­ак поз­на­комил­ся в мес­тном ба­ре этим же ве­чером. Она бы­ла кра­сива, с глад­ки­ми блон­ди­нис­ты­ми во­лоса­ми, го­лубы­ми гла­зами цве­та сап­фи­ра и улыб­кой, ко­торая мог­ла рас­пла­вить да­же са­мое твер­дое сер­дце. Вни­мание Сме­юще­гося Дже­ка бы­ло при­кова­но к гостье Иса­ака. "Кто это? Но­вый друг? За­чем Иса­аку но­вые друзья? Я ду­мал... Ду­мал, что я его единс­твен­ный друг", — раз­мышлял Джек про се­бя, де­лая со­от­ветс­тву­ющие вы­воды. Иса­ак и его ле­ди при­сели на кро­вать и на­чали бол­тать о жиз­ни в Лон­до­не. Тут мо­лодой че­ловек по­шутил, и они оба зас­ме­ялись.       Сме­ющий­ся Джек за­шипел от за­вис­ти из-за но­вого дру­га Иса­ака. Вдруг па­рень и его де­вуш­ка пос­мотре­ли друг дру­гу в гла­за и нак­ло­нились для по­целуя, соп­ри­кос­нувшись гу­бами со страс­тным дви­жени­ем язы­ков... Джек был очень оза­дачен та­ким стран­ным про­яв­ле­ни­ем люб­ви, по­тому что он ни­ког­да еще не ви­дел нас­то­яще­го по­целуя. Ког­да по­целуи ста­ли нас­той­чи­вей, Иса­ак пе­рело­жил свою ру­ку на бед­ро де­вуш­ки, поч­ти под по­дол платья, од­на­ко гостья лишь ски­нула эту ру­ку. Но юно­ша был нас­той­чив, и в этот раз он сколь­знул ла­донью чуть ни­же под юб­ку, про­водя по шел­ко­вис­то­му ниж­не­му белью. Жен­щи­на бы­ла яв­но не­доволь­на та­ким двус­мыслен­ным по­веде­ни­ем Иса­ака и от­тол­кну­ла его, пос­ле че­го по­лучи­ла гром­кую по­щечи­ну... Гла­за муж­чи­ны по­тем­не­ли, ког­да он в ярос­ти гля­нул на де­вуш­ку. Его пь­яная страсть прев­ра­тилась в бу­шу­ющую ярость. Сер­дце де­вуш­ки за­билось в два ра­за быс­трее, ког­да она уви­дела ис­ка­жен­ное зло­бой ли­цо Иса­ака... — ТУ­ПАЯ ШЛЮ­ХА! — за­вопил муж­чи­на и уда­рил ку­лаком по ли­цу де­вуш­ки. Гла­за Сме­юще­гося Дже­ка рас­ши­рились от удив­ле­ния, ког­да он уви­дел длин­ные струй­ки крас­ной жид­кости, ль­ющи­еся из но­са гостьи... "Что это за иг­ра?" — ду­мал он. Его гла­за еще не ви­дели на­силия. Иса­ак схва­тил од­ной ру­кой де­вуш­ку за за­пястья, а дру­гой с си­лой ра­зор­вал ее платье и тру­сики.        Пе­репу­ган­ная де­воч­ка пы­талась хоть как-то бо­роть­ся, но Иса­ак был силь­нее ее. Он гру­бо лас­кал ее грудь, пос­ле че­го жес­тко схва­тил ее за бе­локу­рые во­лосы и дер­нул к сво­ему ли­цу, про­никая язы­ком в рот нес­час­тной. Джек смот­рел на это все с ог­ромней­шим лю­бопытс­твом. Смот­рел, как его ста­рый друг от­пустил сво­его но­вого "при­яте­ля" и схва­тил­ся за гор­ло, пе­репол­ненное кровью де­вуш­ки. Гостья ска­тилась и упа­ла с кро­вати, ста­ра­ясь как мож­но ско­рее доб­рать­ся до вы­хода. Иса­ак быс­тро рва­нул­ся впе­ред и смог пой­мать свою "иг­рушку" за по­дол обор­ванно­го платья.        Вер­нувшись об­ратно, он схва­тил под­свеч­ник со сво­ей ноч­ной тум­бочки и со всей си­лы уда­рил им по го­лове мо­лодой жен­щи­ны, ко­торая тут же лоп­ну­ла, как спе­лый ар­буз. Брыз­ги кро­ви раз­ле­телись по всей ком­на­те, те­ло де­вуш­ки би­лось в кон­вуль­си­ях нес­коль­ко се­кунд, пос­ле че­го за­мер­ло. Кровь бы­ла вез­де, не­кото­рые кап­ли по­пали да­же на ко­роб­ку Дже­ка, ко­торый нас­лаждал­ся шоу со всем вос­торгом... Впер­вые за дол­гие три­над­цать лет, кло­ун рас­плыл­ся в улыб­ке, и вдруг с его губ сор­вался сна­чала один сме­шок, по­том вто­рой, тре­тий, по­ка Джек не рас­сме­ял­ся во весь го­лос внут­ри за­печа­тан­ной ко­роб­ки.        "Ка­кая пот­ря­са­ющая иг­ра!" — ду­мал Джек, гля­дя на не­под­вижное те­ло де­вуш­ки, чьи длин­ные зо­лотис­тые во­лосы бы­ли ок­ра­шены кровью.        Как толь­ко Иса­ак на­чал при­ходить в се­бя, он по­нял, что дол­жен из­ба­вить­ся от те­ла. Он под­нял без­жизнен­ный труп де­вуш­ки и бро­сил на кро­вать, пос­ле че­го по­кинул ком­на­ту, зак­рыв дверь на ключ пе­ред тем, как уй­ти из до­ма. Вер­нулся он днем поз­же, при­тащив с со­бой ме­тал­ли­чес­кий му­сор­ный бак и ме­шок от инс­тру­мен­тов для обив­ки. Он очис­тил все, вклю­чая пол, а за­тем пе­рета­щил ок­ро­вав­ленный труп на се­реди­ну ком­на­ты. Это не толь­ко бы­ло мес­то ра­боты Иса­ака, но и мес­то, ко­торое да­вало Дже­ку от­личную воз­можность наб­лю­дать весь спек­такль от на­чала и до кон­ца. Кло­ун наб­лю­дал за тем, как его друг иг­ра­ет в но­вую иг­ру с гряз­ным тру­пом... Наб­лю­дал с ди­ким ос­ка­лом. И как толь­ко Иса­ак по­кон­чил с этим, он на­чал ра­боту.        Пер­вым де­лом обой­щик вы­вер­нул со­дер­жи­мое сво­ей ра­бочей сум­ки на ра­бочий стол по­зади се­бя. Боль­шой вы­бор но­жей, мо­лот­ков, плос­ко­губ­цев и дру­гих инс­тру­мен­тов те­перь ле­жал пе­ред ним. Пер­вым стал изог­ну­тый оби­воч­ный нож, ко­торый Иса­ак ис­поль­зо­вал для сня­тия ко­жи. Эту ко­жу он по­ложил на пол­ку, что­бы по­том рас­тя­нуть и сде­лать обив­кой... Как толь­ко он уб­рал пок­ро­вы че­лове­чес­ко­го те­ла, Иса­ак взял в ру­ки руч­ную пи­лу, да­бы от­ру­бить ру­ки, но­ги и го­лову, на­рушая по­кой нес­коль­ких уже об­ра­зовав­шихся скоп­ле­ний ли­чинок глис­тов. На­пол­нив му­сор­ный бак де­зин­фи­циру­ющим средс­твом и не­кото­рыми дру­гими хи­мика­тами, он пог­ру­зил ту­да от­рублен­ные ко­неч­ности, по­ка они не ли­шились мя­са. Поз­же юно­ша вы­ловил из это­го кро­ваво­го ме­сива нес­коль­ко кос­тей и по­ложил их на свой ра­бочий стол. Как толь­ко ночь пог­ло­тила Лон­дон, убий­ца вы­волок бак на ули­цу и слил все ос­танки в сли­вы, ко­торые ухо­дили в га­вань.       Пос­ле­ду­ющие три не­дели Джек с вос­торгом наб­лю­дал за тем, как вдох­новлен­ный Иса­ак мас­те­рил из ког­да-то ис­ка­жен­но­го тру­па гро­тес­кное мер­зос­тное крес­ло. Бед­ренная кость ста­ла зад­ни­ми нож­ка­ми крес­ла, в то вре­мя как го­лень и ступ­ни прев­ра­щены в пе­ред­ние нож­ки. Де­ревян­ная рам­ка ста­ла ос­но­вой для спин­ки, од­на­ко се­реди­на бы­ла ук­ра­шена поз­во­ноч­ни­ком. Кос­ти рук ис­поль­зо­вались как под­ло­кот­ни­ки, зак­реплен­ные с по­мощью ре­бер.        И вот ко­жа бы­ла при­шита на си­денье и спин­ку сту­ла, а зо­лотые во­лосы, зап­ле­тен­ные в ко­су, об­рамля­ли края. На вер­ши­не все­го это­го тво­рения был зак­реплен че­реп той де­вуш­ки, что ког­да-то име­ла эти са­мые во­лосы, го­лубые гла­за и улыб­ку, что пла­вила сер­дца... Иса­ак был очень до­волен сво­ей ра­ботой, а Сме­ющий­ся Джек вос­хи­щал­ся со­об­ра­зитель­ностью и кре­атив­ностью сво­его быв­ше­го дру­га. Пос­ле это­го дня Ис­сак да­же не ду­мал при­касать­ся к ал­ко­голю, ибо те­перь у не­го бы­ла сов­сем дру­гая жаж­да.

***


      Шли не­дели, и Иса­ак внес нес­коль­ко улуч­ше­ний в свою ма­лень­кую мас­тер­скую ужа­сов. Он снял с кро­вати мат­рас и по­ложил вмес­то не­го стоп­ку де­ревян­ных до­сок, пос­ле че­го сде­лал нес­коль­ко креп­ле­ний для рук и ног по бо­кам кро­вати. Это оз­на­чало, что он те­перь мо­жет приг­ла­шать и раз­вле­кать сво­их гос­тей на бо­лее дол­гое вре­мя, не вол­ну­ясь, что они мо­гут наг­ру­бить ему сво­им ско­рым ухо­дом и по­пыт­ка­ми сбе­жать. Мо­лодо­му че­лове­ку тре­бова­лась пос­ледняя ве­щица, да­бы он мог про­дол­жить свою ра­боту... И мас­те­рил он ее око­ло не­дели, вы­секая из де­рева вруч­ную.        Пос­ле то­го, как он пок­ра­сил ее бе­лой крас­кой, все бы­ло го­тово. Это бы­ла де­ревян­ная мас­ка в ве­неци­ан­ском сти­ле, ко­торую впол­не мож­но бы­ло на­деть на мас­ка­рад. Гус­тые бро­ви и длин­ный крюч­ко­ватый нос поз­во­ляли вла­дель­цу мас­ки вну­шать сво­им жер­твам страх, ко­торый про­низы­вал их до са­мых кос­тей. Со сво­им но­вым ли­цом и ком­на­той, прев­ра­щен­ной в ка­меру для убий­ств, Иса­ак Ли Грос­сман был го­тов приг­ла­шать но­вого гос­тя к се­бе...       Этой же ночью Сме­ющий­ся Джек уви­дел, как Иса­ак Грос­сман под­нялся по лес­тни­це, та­ща с со­бой боль­шой нап­лечный ме­шок, в ко­тором из­ви­вал­ся его но­вый "друг". Муж­чи­на вы­валил со­дер­жи­мое меш­ка на свою кро­вать для пы­ток. На дос­ки шлеп­нулся свя­зан­ный и очень на­пуган­ный маль­чик с кля­пом во рту, лет пя­ти или шес­ти, не боль­ше. Иса­ак быс­тро схва­тил ру­ки и но­ги ре­бен­ка, при­вязы­вая их к сталь­ным око­вам кро­вати. Из глаз нес­час­тно­го неп­ре­рыв­но ли­лись сле­зы, сте­кая по ма­лень­ко­му и бес­по­мощ­но­му ли­цу. Тут убий­ца дос­тал свои инс­тру­мен­ты. Вер­нувшись к маль­чи­ку, он дер­жал в ру­ках боль­шие плос­ко­губ­цы и, не тра­тя вре­мени, ввел ниж­нюю часть инс­тру­мен­та под но­готь ука­затель­но­го паль­ца пра­вой ру­ки ма­лыша и плот­но сжал его. Гла­за ре­бен­ка ок­ругли­лись, и он на­чал ог­лу­шитель­но во­пить сквозь кляп, умо­ляя, чтоб Иса­ак от­пустил его. Тот лишь ус­мехнул­ся, рыв­ком вы­дирая пер­вый но­готь...       Маль­чик за­орал сквозь кляп, дер­га­ясь в аго­нии на де­ревян­ных дос­ках. Из паль­ца по­тока­ми хлес­та­ла кровь. Иса­ак же пос­ле­довал к сред­не­му паль­цу, пов­то­ряя то же са­мое дей­ствие и с ним... Од­на­ко в этот раз но­готь не со­шел пол­ностью, а сло­мал­ся на по­лови­не. Ре­бенок во­пил от бо­ли, ибо его паль­цы прос­то фон­та­ниро­вали кровью. Сжав ос­татки ног­тя, Иса­ак вновь рва­нул, и в этот раз с ног­тем сош­ла и ко­жа. Да­же Иса­ака от­дерну­ло от этих дей­ствий, в от­ли­чие от Дже­ка, ко­торый наб­лю­дал за ним и злоб­но хи­хикал, си­дя в сво­ей пыль­ной ко­роб­ке...        Иса­ак вер­нулся к сво­ему сто­лу и за­менил плос­ко­губ­цы ог­ромным мо­лот­ком. По­дой­дя к под­ножью кро­вати, он сжал свой инс­тру­мент в од­ной ру­ке, гля­дя на ле­вую но­гу маль­чиш­ки. Вы­соко под­няв мо­лоток над го­ловой, он с удо­воль­стви­ем наб­лю­дал за моль­ба­ми "гос­тя" по­щадить его, кое-как слы­шимы­ми че­рез гряз­ный кляп. Муж­чи­на за­мах­нулся и со всей си­лы грох­нул ку­вал­дой по ко­лену ре­бен­ка, рас­се­кая и ло­мая кость с гром­ким хрус­том. Маль­чик за­дер­гался в кон­вуль­си­ях, над­ры­вая гор­ло в кри­ках.       По­ка маль­чик бо­рол­ся с ад­ской болью, Иса­ак ос­та­вил мо­лоток у под­но­жия кро­вати и, вер­нувшись к сво­ему вер­ста­ку, во­ору­жил­ся длин­ным ос­трым но­жом. Не дол­го ду­мая, он на­чал вы­резать на тре­пещу­щей гру­ди ма­лыша сло­ва "Бес­по­лез­ный червь". Ког­да он за­кон­чил, ре­бенок был поч­ти без соз­на­ния. Опус­тившись на ко­лени, Иса­ак нак­ло­нил­ся к уху сво­ей жер­твы и ти­хо про­шеп­тал: — Вот что про­ис­хо­дит с ис­порчен­ны­ми деть­ми, ко­торые кор­чат ро­жи дру­гим лю­дям...        Гла­за маль­чи­ка на­пол­ни­лись сле­зами в пос­ледний раз, и тут Иса­ак на­чал ос­терве­нело сре­зать ко­жу с его ли­чика, но, к удив­ле­нию убий­цы, ре­бенок все еще цеп­лялся за жизнь... Изу­вечен­ный ма­лыш прос­то смот­рел на сво­его па­лача ог­ромны­ми круг­лы­ми гла­зами, и взгляд его на­пол­нил сер­дце Иса­ака еще боль­шей яростью и не­навистью. — ДА­ЖЕ БЕЗ ЛИ­ЦА ТЫ ВСЕ ЕЩЕ УРОД­ЛИ­ВЫЙ МЕЛ­КИЙ ГА­ДЕНЫШ! — за­вопил он, хва­тая мо­лоток. Не пом­ня се­бя, он со всей ду­ри на­чал мо­лотить инс­тру­мен­том по че­репу нес­час­тно­го, прев­ра­щая это всё в кро­вавое ме­сиво. Он за­махи­вал­ся сно­ва и сно­ва, по­ка вмес­то ли­ца не ос­та­лось ни­чего, кро­ме как пю­ре из кро­ви и моз­гов. А из дру­гого кон­ца ком­на­ты Сме­ющий­ся Джек ра­дос­тно наб­лю­дал за ве­ликим фи­налом, ко­торый прев­зо­шел все его ожи­дания.        Сле­ду­ющей гость­ей Иса­ака ста­ла ста­рая сле­пая жен­щи­на, ко­торую он приг­ла­сил на чай. Ей по­надо­билось око­ло пя­ти ми­нут, что­бы осоз­нать, что она си­дит на сту­ле из че­лове­чес­ких ос­танков и ещё шесть ми­нут, что­бы най­ти лес­тни­цу и с кри­ками по­пытать­ся сбе­жать. Муж­чи­на ре­шил по­кон­чить с этой злоб­ной шут­кой с по­мощью но­жа для кол­ки ль­да, про­рубив­ше­го ее глаз­ни­цу.       Пос­ле это­го слу­чая он при­вел до­мой ма­лень­кую де­воч­ку, ко­торую по­том на­силь­но кор­мил би­тым стек­лом, пос­ле че­го ис­поль­зо­вал ее жи­вот как гру­шу... Шли не­дели, и все боль­ше и боль­ше жертв встре­чали свой ко­нец на ад­ском чер­да­ке Иса­ака Грос­сма­на. Его ду­ша ста­нови­лась все чер­нее и бес­по­щад­нее, и ха­рак­тер Сме­юще­гося Дже­ка сле­довал его при­меру, ибо он ме­нял­ся так же, как и его хо­зя­ин. И так бы он и сгнил в сво­ей ко­роб­ке, ес­ли бы од­ной хо­лод­ной де­кабрь­ской ночью не слу­чилось неч­то...

***


      Ста­рые гвоз­ди, что дер­жа­ли пол­ку с раз­ны­ми без­де­луш­ка­ми, в кон­це-кон­цов от­жи­ли свой век и сор­ва­лись со сте­ны. Ус­лы­шав вни­зу гром­кий гро­хот с чер­да­ка, Иса­ак ре­шил под­нять­ся на­верх и всё про­верить. Он про­шел­ся по кро­ви, впи­тав­шей­ся в де­ревян­ные дос­ки по­ла, и скло­нил­ся над упав­шей пол­кой. Ког­да Иса­ак от­бро­сил все ста­рые без­де­луш­ки, что сло­мались при па­дении, он нат­кнул­ся на Дже­ка-в-ко­роб­ке из его детс­тва... Муж­чи­на ед­ва уз­нал ста­рую пот­ре­пан­ную ко­робоч­ку, под­ни­мая ее с по­ла и сни­мая шмат­ки пы­ли. И, впав в нос­таль­ги­чес­кие вос­по­мина­ния, он взял ржа­вую руч­ку ко­робоч­ки и, ус­лы­шав рез­кий скрип, на­чал вер­теть.        "Pop goes The Weasel" зву­чала уже не так при­вет­ли­во из из­но­шен­ной ста­рой ко­роб­ки, и ког­да пес­ня дош­ла до пос­ледне­го при­пева, Иса­ак ти­хо про­пел фи­наль­ную стро­ку. Крыш­ка ко­роб­ки вдруг рас­пахну­лась, но внут­ри бы­ло пус­то. Ни­чего не про­изош­ло. Иса­ак это­го и ожи­дал. Бро­сив ко­роб­ку к дру­гим сло­ман­ным без­де­луш­кам, он на­чал убор­ку. За­кон­чив, он нап­ра­вил­ся к две­рям, что­бы пой­ти вниз. Но она ока­залась за­пер­та. Иса­ак дер­нул руч­ку силь­нее, но дверь не под­да­лась. И имен­но тог­да он ус­лы­шал жут­кий, хри­пящий го­лос пря­мо за сво­ей спи­ной... — Ис-с-са-а-а-ак...        Хо­лодок про­бежал по спи­не Иса­ака, а во­лосы на го­лове вста­ли ды­бом, по­ка он обо­рачи­вал­ся... В дру­гом кон­це ком­на­ты сто­ял кош­марный Сме­ющий­ся Джек. Он был пол­ностью чер­но-бе­лый, ужас­ные чер­ные во­лосы ста­ли длин­ны­ми ло­кона­ми, сви­сав­ши­ми до са­мых плеч, ос­трые как у аку­лы зу­бы ук­ра­шали кри­вую ус­мешку, а ру­ки ви­сели как у тря­пич­ной кук­лы, ца­рапая гро­тес­кны­ми длин­ны­ми паль­ца­ми пол. И тут кло­ун за­гово­рил сво­им ад­ским го­лосом, ко­торый про­бирал до са­мых кос­тей стра­хом...  — Как же при­ят­но вновь быть сво­бод­ным... Ты ску­чал по мне, Иса­ак? — муж­чи­на был па­рали­зован от стра­ха. — Н-но я ду­мал, что ты был не­нас­то­ящим! ВО­ОБ­РА­ЖА­ЕМЫМ! — за­ика­ясь, про­лепе­тал Иса­ак. Джек от­ве­тил гул­ким ужа­са­ющим хо­хотом.  — Аха-ха-ха, о не-е-ет... Я впол­не ре­ален, ма­лыш. И на са­мом де­ле я ждал так дол­го это­го са­мого дня, что­бы, на­конец, вер­нуть­ся... Ког­да я смо­гу по­иг­рать с са­мым луч­шим дру­гом за всю мою жизнь... В са­мый! Пос­ледний! Раз!        Иса­ак не ус­пел от­ве­тить. Длин­ные ру­ки кло­уна вы­тяну­лись че­рез всю ком­на­ту и креп­ко вце­пились в но­ги муж­чи­ны. По­лоса­тый монстр на­чал при­тяги­вать ца­рапа­юще­го пол ног­тя­ми Иса­ака всё бли­же, во­лоча к его собс­твен­ной кро­вати для пы­ток. Не об­ра­щая вни­мания на его соп­ро­тив­ле­ние, Джек схва­тил че­тыре длин­ных же­лез­ных гвоз­дя с вер­ста­ка и, бро­сив сво­его быв­ше­го дру­га на дос­ки, мгно­вен­но рас­пял его, про­бивая гвоз­ди сквозь ру­ки и но­ги сво­ей жер­твы. Иса­ак за­вопил от бо­ли, плю­ясь ру­гатель­ства­ми: — ДА ПО­ШЕЛ ТЫ, СВО­ЛОЧЬ! ЧЕРТ ТЕ­БЯ ПО­ДЕРИ, УРОД С КЛО­УН­СКИМ НО­СОМ! — Сме­ющий­ся Джек лишь ус­мехнул­ся, с си­лой схва­тив Иса­ака за го­лову и приб­ли­жая его ли­цо к се­бе. — Ес­ли не мо­жешь ска­зать ни­чего хо­роше­го, то луч­ше не го­вори вов­се! — про­ник­нув длин­ны­ми кри­выми паль­ца­ми в рот сво­его дру­га, кло­ун сжал его язык и вы­тянул нас­толь­ко, нас­коль­ко бы­ло воз­можно. В се­кун­ды Джек взял ос­трый нож и на­чал мед­ленно сре­зать слои мя­са с язы­ка... Крик был слы­шен да­же на ули­це. Ког­да он за­кон­чил, рот муж­чи­ны на­чал на­пол­нять­ся кровью. Монстр по­мог ему, бе­ря со сто­ла длин­ную ме­тал­ли­чес­кую тру­бу и про­тал­ки­вая ее в гор­ло Грос­сма­на, да­бы обес­пе­чить ему вре­мен­ное ды­хание. В этот мо­мент Иса­ак ис­пы­тывал та­кую боль, что уже прос­то не мог кри­чать. Он прос­то зак­рыл гла­за, что­бы не ви­деть все эти тош­нотвор­ные ужа­сы, ко­торые монстр выт­во­ря­ет с его те­лом. — Да лад­но те­бе, ес­ли ты не бу­дешь смот­реть, ка­кой же смысл у все­го это­го ве­селья? — иг­ри­во прох­ри­пел Джек, но Иса­ак про­дол­жал дер­жать гла­за зак­ры­тыми. Сме­ющий­ся Джек вздох­нул. — Ну как хо­чешь...        Тут он на­силь­но от­крыл од­но ве­ко Иса­ака. По­тянув­шись к вер­ста­ку сво­ей длин­ной ру­кой, кло­ун взял с не­го нес­коль­ко круп­ных за­ос­трен­ных ры­болов­ных крюч­ков. Не­дол­го ду­мая, он прот­кнул ос­трым кон­цом вер­хнее ве­ко Иса­ака, вво­дя его до са­мой бро­ви. За­тем он взял вто­рой крю­чок и пов­то­рил то же дей­ствие с ниж­ним ве­ком, зак­репляя ко­нец в ще­ке дер­га­юще­гося Грос­сма­на. Вско­ре оба гла­за бы­ли ши­роко от­кры­ты, да­бы не упус­тить ни од­ной се­кун­ды дей­ства. Взяв тот са­мый нож, Джек с упо­ени­ем сре­зал длин­ные кус­ки пло­ти со рта Иса­ака, об­на­жая его зу­бы и дес­ны... Губ боль­ше не бы­ло.  — Хм-м-м... По­хоже, что кто-то не поль­зу­ет­ся ре­гуляр­но зуб­ной нитью! — хи­хик­нул се­бе под нос монстр, про­тяги­вая ру­ку за мо­лот­ком. Иса­ак пы­тал­ся мо­лить о по­щаде, од­на­ко из гор­ла до­носи­лись лишь кло­кочу­щие сто­ны. С кри­вой улыб­кой Джек за­мах­нулся над го­ловой муж­чи­ны и с си­лой грох­нул по его че­люс­ти, слы­ша ог­лу­ша­ющий хруст раз­би­тых зу­бов. От­бро­сив мо­лоток, Джек на­чал ис­те­рич­но хо­хотать, раз­ры­вая ру­баш­ку во­юще­го Иса­ака. Сно­ва во­ору­жив­шись но­жом, Джек с си­лой вспо­рол жи­вот сво­ей жер­твы, упи­ва­ясь хрип­лым во­ем сво­его ста­рого дру­га. Тут он ввел свои крюч­ко­ватые паль­цы пря­мо под ко­жу на гру­ди, уби­рая ее и под­го­тав­ли­вая к са­мому нас­то­яще­му жи­вому вскры­тию...        Пер­вым де­лом Джек на­чал вы­тас­ки­вать киш­ки Иса­ака, слов­но вол­шебник вы­тяги­вая из кар­ма­на длин­ные цвет­ные пла­точ­ки. За­тем, ког­да киш­ка за­кон­чи­лась, он с ужас­ным ос­ка­лом при­тянул ко­нец к сво­им гу­бам и на­чал на­дувать ее, слов­но ша­рик. По­кон­чив с этим, он скру­тил ее в фор­му пу­деля и с гром­ким хо­хотом вос­клик­нул: — А я еще и жи­рафи­ков мо­гу! — Иса­ак еле-еле цеп­лялся за жизнь, ещё по­ка бу­дучи в соз­на­нии. Кло­ун пос­та­вил жут­кий шар-жи­вот­ное ря­дом с его го­ловой. Для сле­ду­юще­го сво­его трю­ка кло­ун вы­тащил из брю­ха по­лу-мер­тве­ца поч­ку, но тут же от­ки­нул ор­ган в сто­рону. — Нет, поч­ки точ­но не моё... — тут он за­метил, что его иг­рушка на­чина­ет ухо­дить. — На­чал уже ус­та­вать, до­рогу­ша? Мы же поч­ти за­кон­чи­ли! — со сме­хом вос­клик­нул кло­ун, вы­нимая из кар­ма­на длин­ный шприц с ад­ре­нали­ном и ос­трой иг­лой. — Это по­может те­бе вос­пря­нуть ду­хом! — крик­нул он, вты­кая в глаз муж­чи­ны это страш­ное ору­дие и вво­дя жид­кость в пра­вую глаз­ни­цу. По­шеве­лив иг­лой слег­ка в сто­рону, Джек с упо­ени­ем про­наб­лю­дал за тем, как его ста­рый друг дер­нулся, воз­вра­ща­ясь к жиз­ни, чувс­твуя ад­скую боль от ос­трой иг­лы, ца­рапа­ющей зад­нюю стен­ку его глаз­ни­цы. Со зло­вещей ус­мешкой кло­ун рез­ко вы­дер­нул инс­тру­мент, вы­тянув и сам глаз. Он лоп­нул. Те­перь он ви­сел из че­репа на од­ной лишь глаз­ной нит­ке, сте­кая по ис­ко­режен­ным ще­кам. Джек ух­мыль­нул­ся. — Ну, те­перь ког­да я вновь зав­ла­дел тво­им вни­мани­ем... — монстр от­тя­нул часть пло­ти из же­луд­ка по­лужи­вого Иса­ака и нак­ло­нил­ся над этим кро­вавым ме­сивом, ши­роко рас­кры­вая рот. Че­рез нес­коль­ко се­кунд из его глот­ки выр­вался це­лый по­ток гряз­ных та­рака­нов, сып­лясь на грудь и от­кры­тую брюш­ную по­лость. Каж­дое на­секо­мое мгно­вен­но рас­полза­лось по те­лу Иса­ака, про­никая во все дыр­ки, не об­ра­щая вни­мание на гус­тую кровь и ош­метки ко­жи. И ког­да все бы­ло пе­репол­не­но, ос­таль­ные та­рака­ны нап­ра­вились вверх по глот­ке Иса­ака, за­бивая путь к воз­ду­ху...        Иса­ак уже был в па­ре мил­ли­мет­ров от смер­ти, ког­да Джек встал ря­дом с ним на ко­лени и нак­ло­нил­ся к уху. — Это бы­ло пот­ря­са­юще, ма­лыш, но, по­хоже, на­ша иг­ра уже окон­че­на. Не нуж­но слез, по­тому что я со­бира­юсь пред­ло­жить свою друж­бу всем оди­ноким де­тям в ми­ре! И это ли не прек­расно?! — с этим кри­ком он про­бил груд­ную клет­ку Иса­ака мощ­ным ку­лаком и выр­вал его еще бь­юще­еся сер­дце.        Ког­да пос­ледний грамм жиз­ни вы­тек из Иса­ака, вся жизнь про­мель­кну­ла у не­го пе­ред гла­зами: он уви­дел свою мать, сво­его от­ца, шко­лу-ин­тернат, жертв, а пос­ледняя мысль в его моз­гу бы­ла о том са­мом Рож­дес­тве и об ут­ре, ког­да он на­шел ря­дом со сво­ей кро­ватью кра­сивую де­ревян­ную ко­роб­ку руч­ной ра­боты, в ко­торой си­дел его пер­вый и са­мый луч­ший друг...

***


Хо­дили слу­хи о том, что ког­да по­лиция наш­ла ис­ко­режен­ный труп Иса­ака Грос­сма­на, уже изъ­еден­ный ли­чин­ка­ми, спус­тя не­делю пос­ле Со­чель­ни­ка, его ли­цо бы­ло изу­родо­вано в клочья. Но он выг­ля­дел поч­ти... Счас­тли­вым. Ко­нец. Или...?

Обнаружено использование расширения AdBlock.


Викия — это свободный ресурс, который существует и развивается за счёт рекламы. Для блокирующих рекламу пользователей мы предоставляем модифицированную версию сайта.

Викия не будет доступна для последующих модификаций. Если вы желаете продолжать работать со страницей, то, пожалуйста, отключите расширение для блокировки рекламы.

Также на Фэндоме

Случайная вики